Дэвид Хайнемайер Ханссон (DHH) — достаточно известная личность в мире разработки ПО: основатель продуктовой компании 37signals, создатель фреймворка Ruby on Rails, автор книг об ИТ, в том числе в соавторстве с Дэйвом Томасом.
На Rails World 2026 он с пеной у рта практически кричал со сцены, что код ни писать, ни читать теперь не надо: можно взять самый оптимальный компилируемый язык вроде Rust, написать на нём сервер, а все клиенты заменить на нативные реализации под конкретную ОС — и при этом не иметь навыков программирования, чтения и понимания кода на Rust, попутно обозвав этот язык самым уродливым и нечеловечным. Но какая теперь разница — «красивый» и «человечный» Ruby или «уродливый» Rust, — если код теперь пишет большая языковая модель?
Свои тезисы он подкрепил цифрами производительности на примере своего продукта — почтового клиента HEY. Эти результаты впечатляют, более чем на 90% производительнее, — если бы речь не шла о концептуальной подмене технологий: сравнивать веб-технологии и компилируемое системное ПО в производительности некорректно.
Даже те, кто не интересуется Ruby, не прошли мимо: доклад произвёл фурор, так как продаёт идею неважности многих инженерных навыков, связанных с кодом, которые ценились ранее. Читать код больше не нужно. Писать код больше не нужно. DHH: «Не будьте лузерами, не пишите и не читайте код, используйте ИИ».
Этот же спикер помимо откровенной пропаганды слепой «ИИ-зации» (AI-isation), встав в один из радикальных углов, приводит очень странный пример — аналогию с художниками, которые рисовали портреты.
Художники и портреты
Ранее только богатый человек мог позволить себе заказать портрет, а художники, которые обладали навыком создания таких портретов, ценились за свои навыки и ремесло. Их было немного, их труд был кропотлив, а стоимость их навыков высока. Это попытка сравнить их с инженерами современности, которые пишут на Java свои «картины» долго, а получают за это много. Позволить себе таких «Java-художников» при дворе могут немногие.
С появлением фотоаппаратов и фотографий возможность создать свой портрет стала доступнее, а навык создания портрета руками и кистью с красками обесценился.
Опять аналогия: художники и портреты — это инженеры-программисты, которые пишут руками ПО, а фотоаппарат — это ИИ, который позволяет делать фотопортреты даже тем, кто не умеет рисовать, т.е. программировать.
Дословно DHH упомянул, что художникам вроде Пикассо пришлось сменить стиль с реализма на кубизм. В этот момент я мысленно задал себе вопрос: «Что он несёт?»
Я, как иллюстратор-любитель, могу сказать, что аналогия чудовищно неверная и невежественная.
Художники не вымерли
Во-первых, портреты и художники не исчезли, а по статистике их стало даже больше, чем было. Крайне сложно собрать точную статистику о занятости людей искусства, но кое-какие данные есть. К примеру, в США в 1900 году людей, занятых в этой сфере, насчитывалось около 20 тыс., а через 90 лет их было уже в 10 раз больше. Чего только стоит Китай и его знаменитый экзамен в художественные вузы и колледжи — Икао (Yikao, 艺考): можете загуглить и посмотреть видео или фото, как это выглядит.
Ежегодно в нём участвуют от 500 000 до 1 000 000 абитуриентов. Самое популярное направление — изобразительное искусство, более 60% всех сдающих. Ну, т.е. несмотря на то, что DHH, в отличие от своего дальнего родственника, которого он показывал в презентации, сейчас не художник, это не значит, что художников нет или они вымерли из-за фотоаппарата.
Более того, я отмечу, что академическое искусство и по сей день строится строго на реализме, очень точном академическом рисунке портрета или фигуры человека, со всей его анатомией, светотенью, рефлексами и перспективой.
Экспрессионисты рисовали свои работы и продвигали свой стиль и направление совершенно не из-за технологического развития фотоаппаратов и их доступности в то время. Это тема отдельного эссе, но любой искусствовед улыбнётся и подтвердит мои слова.
Кубизм родился не из фотоаппарата
Я коснусь только Пикассо: если бы DHH на своём спортивном авто заехал в Барселоне в музей этого художника, то, возможно, узнал бы, что Пикассо начал отходить от реализма ещё до появления кубизма. Его голубой и розовый периоды 1900-х уже искажают формы и цвет, потому что преследуют цель передать настроение изоляции, поиск ответов, банальную хандру и печаль. Это связано с его личной историей, тем, что он и его друзья переживали, и как с этим справлялись.
Кубизм появился в 1907 году, когда брат и сестра Стейн из США уже хорошо и стабильно поддерживали художника финансово: он не нуждался в том, чтобы выпрыгивать из штанов и ломать стереотипы реализма из-за того, что теперь не продавался. Такого не было. Фотоаппарат — это вообще была не проблема. Кубизм, наоборот, родился как возможность заняться чем-то авторским, свободным от рынка, а базой и вдохновением послужил примитивизм Африки и Океании, который особенно интересовал Пикассо не только в живописи, но и в скульптуре.
Экспрессионизм появился чуть раньше и был реакцией на кризис ценностей, витавшую в воздухе войну и урбанизацию. Сюрреализм — чуть позже, как интерес к бессознательному, ко снам и их трактовке в реальности. Хронологически фотоаппарат и ателье появились раньше всех этих стилей, но тут нулевая связь с технологическим прогрессом.
Что касается массового фотоаппарата в руках потребителей, а не ателье, то это 1925 год — выпуск Leica I, а это уже после появления всех этих художественных направлений.
Ни один профессиональный классический художник не сменил своё ремесло с кисти и красок на бромистое серебро и магниевый порошок с хлоратом калия. Фотографы — это новая профессия, которая увеличила количество тех, кто пытался запечатлеть изображение человека, природы или архитектуры, — просто другим способом.
Фотографы и программисты
Точно так же, как не исчезли художники, не исчезли и фотографы после того, как фотоаппарат появился в каждом доме, а теперь — и в каждом смартфоне с кучей фильтров и режимов. Профессиональные фотографы всё ещё есть, и, полагаю, их количество последние версии iPhone со своими встроенными камерами не пошатнули.
То же самое и с программированием. ИИ не заменяет программистов: ИИ — это инструмент в руках программистов, который очень сильно меняет их работу и фокус в ней.
Программирование как дисциплина становится доступнее. Программировать на ассемблере под Dendy и Sega — это была прерогатива небольшого числа инженеров, настраивать ENIAC — тоже. На Unity 3D игры пишет уже гораздо больше инженеров, а с ИИ количество тех, кто строит софт и игры, возрастёт кратно, потому что порог входа и квалификация для этого ещё ниже. Если угодно, это новое поколение можно будет называть не программистами, а создателями, строителями или операторами ИИ. Для меня же термин «программист» всегда обозначал человека, который заставляет программы на компьютере работать, т.е. это не про написание и компиляцию кода — это всего лишь одна из областей. В какой-нибудь начальной школе человек, который приходит настраивать компьютер учителю, — программист; специалист, который переустановил ОС в поликлинике, — тоже. Поэтому я настаиваю на том, что программистов в моём понимании станет не меньше, а больше с приходом ИИ: ИИ не заменяет, а открывает возможности для новых людей в профессии и расширяет поле для деятельности для старых.
Чёрный ящик
В этом плане аналогия с художниками и портретами может работать: фото сделало запечатление портрета или пейзажа проще, и квалификация нужна меньше — не надо уметь рисовать, нужна только продвинутая технология — фотоаппарат, чёрный ящик, который всё сделает за тебя.
Но вокруг фотоаппарата появилась куча производных профессий: как минимум производители этих самых аппаратов, те, кто их собирает и производит комплектующие, ателье для проявления плёнки, производители плёнки, оптических элементов объективов и увеличителей и т.д. Куча новых профессий.
Смартфоны и цифровое фото убили сам процесс проявления плёнки и явление фотоателье, но рядом породили целую индустрию оптики, которая стоит в каждом смартфоне, и корпорации вроде ZEISS (я вас не забыл и точу зуб за то, что не взяли меня на работу! Я же прошёл собес!).
Ремесло не исчезнет
И при всей этой эволюции ремесло, навыки и знания классических художников никуда не исчезли по сей день. Академический рисунок никуда не исчез. Реализм никуда не исчез.
Также не исчезнет алгоритмическая база, дисциплина информатики и навыки написания кода.
При этом «массовость» — это ложная ось для того, чтобы мерить и профессию программиста, и профессию художника. Ни программист, ни художник никогда не имели амбиций стать массовой профессией — тут в принципе нет проблемы: их и не надо столько же, сколько врачей. Одержимость портретами могла создать спрос на портретистов, одержимость цифровыми продуктами и стартапами — на программистов.
Однако по своей сути — сколько бесполезного и даже вредного ПО? А отношение к железу как к носкам — смена iPhone каждый год. Я бы, конечно, сейчас мог уйти и в глобальное потепление — в каждой шутке есть доля правды. Цена ИИ — дата-центры и электричество. Ничего более эффективного, чем ядерный реактор для выработки электроэнергии, не придумали — вот и думайте, какое будущее нас ждёт.
Про 37signals и DHH
Продукты 37signals LLC не представляют собой ничего революционного — это моё личное профессиональное мнение. Они в каком-то смысле всегда были невзрачными, очень простыми, слабыми с точки зрения UX. Но команда этой компании всегда обладала невероятным inbound-маркетингом и стилем в этой сфере, благодаря чему имела стабильную аудиторию, которая конвертировалась в деньги.
Книги DHH Remote: Office Not Required и Rework по-настоящему были революционными и визионерскими: они шли против стандартов и продвигали то, что стало популярно в постковидные времена с расцветом удалёнки. Про то, что удалённо можно эффективно работать и создавать команды и проекты, DHH писал ещё в 2010!
Статьи, выступления, инструменты разработки, фреймворки — всё это косвенный маркетинг, который привлекал людей. Наверное, отсюда так разочаровывает нынешнее технократическое и потребительское отношение тех же самых людей к современной инженерии.